Каталог ЛЕГО 2016 июль-декабрь
Каталог ЛЕГО 2016 январь-июнь
Инструкция 10188 (pdf)
Ваша корзина пуста
Главная » Файлы » Раздел Стаса Бушмакина » Знакомьтесь - Стас Бушмакин

Повесть о былых временах (Египетская поэма)
28.03.2016, 14:21

                             


Стас Бушмакин

 

Повесть о былых временах (Египетская поэма)







Змея и сокол





Когда ещё не видел мир древнейших пирамид,
И спал в плену глубин земли тот сфинкс, что Нил хранит,
Младенцы были рождены, плоды большой любви.
Из них слабее был один. Склонилась Смерть над ним.
И чтобы жизнь свою продлить, с той силой спорил он,
Её сумел тем изумить и даже пантеон.
Тогда решили божества, что стать одним из них
Достоин этот сын царя, пришедший в мир живых.


Смерть




«Я то, что силою зовут древнейшей на земле,
Мне небом дан великий труд итогом быть для всех.
Живое всё подчинено старению и мне.
Избегнуть встречи не дано. И ты готовься к ней.
Я тень всего, что в мире есть. Едва придя на свет,
Оно срастается со мной на весь отрезок лет.
Но быть нам вместе не теперь назначила судьба.
Не опустеет колыбель. Её не трону я.

Безмолвен ты и только взгляд позволил мне понять,
Что сердцем чувствуешь меня и хочешь прочь прогнать.
Сегодня в вечность я уйду, но знай, настанет день,
Когда в объятия приму твою навеки тень.
Врагам ты будешь побеждён, и водами реки
В страну заката унесён, где станем править мы.
Порой открыть игру судьбы не значит уберечь.
Не зная, кто твои враги, интриг их не пресечь».


Ревность







Прошли года, и править стал Осирис- фараон.
На троне царском восседал он с братом-близнецом.
Их жизнь спокойною была. Но вот пришла любовь
И превратила навсегда в соперников-врагов.
Один вступил в союз святой, другой же ревновал
И думал: «В браке быть со мной Исида рождена.
Она Луна, прекрасней всех в Египетской земле.
За что же лучшая из дев дарована не мне?

Мы с братом править рождены народом и страной.
Богатства, трон мне не нужны. Владеть бы ей одной.
В пустыне хватит нам шатра с искристым родником.
Сбежать от всех и навсегда, создать семью и дом –
Увы, об этом лишь мечтать дано моей душе.
Другую в жизни не назвать царицей сердца мне.
Свою тоску умею скрыть, но ревность - страшный яд –
Зовёт любовь к семье забыть и брату зла желать.

Те дни, когда царица-мать на свет нас родила,
Что станут дети враждовать, могла ли знать она?
Росли мы равными во всём и всё могли делить.
И двум не тесен даже трон. Но так нельзя в любви.
Давно Исида ждет дитя. Увы, не от меня.
Вот-вот наследника царя увидит вся страна.
Не я смогу из нас двоих продолжить царский род.
Велит мне ум любовь забыть, но сердце не даёт.


Наваждение




Когда приносит знатный брак счастливые плоды,
Даруют пышный саркофаг кому-то из толпы.
Таков обычай древних дней. Кому он подойдёт,
Тот по реке в страну теней, скончавшись, уплывёт.
И амулеты, и обряд оплатит фараон.
Шанс вечной жизни должен дать за жизнь младенца он.
Порой не могут бедняки обряды оплатить,
А значит, души их должны среди живых бродить».

Исида Гора родила и к Нильским берегам
Eго процессия несла. И братья были там.
Осирис, Сет и свита их, исполнив ритуал,
Позвали подданных своих туда, где плот стоял.
На нем богатый саркофаг. Кому же впору он?
Один из братьев в страшных снах другого видел в нём.
Но никому не подошёл тот погребальный дар.
И на охоте день провёл в забавах каждый царь.

Уже заката близок час и тени колесниц
Во много раз в его лучах длиннее их самих.
Подобно тени боль росла в измученной душе
И верх над разумом брала в отчаянной борьбе.
Напал внезапно дикий лев и жертву растерзал.
Один остался царь в стране. Он тайно ликовал.
Охраной хищник был убит. Но брата не спасти.
И Сет велел останки скрыть от царственной жены.


Обман





Когда к любимой он входил как преданный супруг,
К нему наследник не спешил из материнских рук.
Как будто мог он понимать, что то же лишь лицо.
Другое сердце распознать душой ему дано.
Теперь правитель чувством жил, таившимся от всех.
И скоро в радости забыл принесший счастье грех.
Его считала мужем та, кого он обожал.
Но тайну правды в тёмных снах рассудок выдавал.

Неотомщенная душа, искавшая покой,
Не раз тревожила царя, являясь в час ночной.
И Сет шептал: «Она моя, Уйди, Осирис, прочь!»
Исида правду поняла в одну такую ночь.
Тогда исчезла из дворца с ребёнком на руках
И долго пряталась она в высоких тростниках.
«Твой дядя Сет, мой милый Гор, подстроил смерть отца.
Его считала с этих пор своим супругом я.

Но совесть - грешника палач- открыла правду мне.
Богов молю я рассказать о муже и отце».
И то, о чём желала знать, открыли небеса.
Смогла останки отыскать среди песков она,
Сумела их соединить искусством высших сил
И, собираясь хоронить, в ночи пришла на Нил.
Забытый всеми, там стоял тот пышный саркофаг,
Который брату дать желал его соперник-брат.

Никто не смел забрать себе такой роскошный гроб,
И он остался в тростнике, как будто ждал свой срок.
Исполнен сложный ритуал, усопший погребён.
Плывет к закатным берегам по тихим водам он.
Вот так спустя немало лет сбывалось то теперь,
О чём давно сказала смерть, взглянув на колыбель.
И принца оба были там. Склонившись к одному,
Она намёки на врага решила дать ему.

С древнейшей силой ныне он бок о бок правил там,
Где свет, покинув небосклон, даёт покой лучам.
Его наследник и жена, оставшись на земле,
Сумели спрятаться в хлебах неубранных полей.
Проснувшись, Сет велел поймать сбежавшую жену.
Её желая наказать, вселился сам в змею.
Питоном чёрным по земле неслышно он скользил,
Искал любимую везде. Но тщетным поиск был.

Прибегнуть к тайнам волшебства умел не только Сет -
Исида сыну помогла не встретить злую смерть.
Могучим соколом взлететь сумел над нивой он
И зорким взглядом рассмотреть, ползёт ли к ним питон.
Скитались так жена и сын убитого царя.
Но время другом было им. И пробил час суда.
В совет жрецов правитель Сет Исидой вызван был,
И Гор, спустя немало лет его разоблачил.

Гор: «Мой дядя зверем управлял, напавшим на отца.
Он часто тварей подчинял искусством колдовства.
Во всём сознался сам во сне, не в силах больше лгать,
Когда к измученной душе пришёл любимый брат.
Теперь в Стране Заката он, где мог бы быть и я,
Но высшей волею спасён, наверное, не зря.
Я вырос, матерью храним, заступницей своей.
В суде, где все теперь стоим, пусть скажет правду ей».


Суд





Сет: Превыше брата полюбил тебя, мою Луну.
За то, что в жизни совершил, всё должное приму.
Я первым был из нас двоих, но только не в любви.
О вашей свадьбе объявив, он сжёг мои мечты.
Напрасной страстью я пылал, умел её таить,
Но об одном в душе мечтал: на месте брата быть.
Но если знала всё давно, чего же ты ждала
И лишь сегодня взять своё на суд жрецов пришла?

Наследник трона повзрослел, оспорить хочет власть.
А прежде он бы не посмел меня оклеветать.
Когда бы правдой было то, о чём сказали здесь,
Меня настигла бы давно божественная месть.
В искусстве древнем колдовства силён не я один.
Исида многое могла, а значит, может сын.
Так пусть великий суд небес решит наш спор за трон.
Один из двух, стоящих здесь, законный фараон».

Исида: Не только ночью той во сне ты выдал сам себя.
Признавшись здесь в любви ко мне, вины не отрицай.
Меня ты к брату ревновал и кровь дерзнул пролить,
А после истину скрывал и смел со мною жить.
Открой же правду, кто погиб в далекий страшный час?
Египет к предкам проводил тогда кого из вас?
Своё ли имя носишь ты? Осирис или Сет
Среди живых теперь стоит? - пред небом дай ответ».

Сет: В утробе двое было нас. Быстрее я крепчал.
Детей царица дождалась, отец наш ликовал.
Из двух рождённых близнецов Осирис был слабей,
Для жизни словно не готов, пришел до срока к ней.
Ему был нужен, а не мне во чреве лишний час.
А я спешил на белый свет, и мать родила нас.
Годами было так во всём, но ты для нас одна.
Избрала мужем и царём его, а не меня.

Когда на свет родился Гор, - племянник мне, не сын, -
Решился я на страшный спор с соперником своим.
Ему поведал обо всём, что мучило меня.
Охотясь, мы за диким львом скакали на конях.
Разбужен в хищнике палач, уже не жертва он.
Над ним моя мгновенна власть, но сбылся страшный сон.
Рассудок сердце отрезвил, но в миг растерзан брат.
Коварством счастье я добыл. Но что еще сказать?

Когда прощаться шёл народ с одним из двух царей,
Пустым несли закрытый гроб к вратам страны теней.
Среди песков останки скрыть охране я велел,
Загробной жизни тем лишить Осириса хотел.
По был он всё же погребён любимою женой,
И перестал тревожить сон, глубокий тяжкий мой.
Сегодня исповедь мою услышали жрецы.
На всё, в чём ныне сознаюсь, я шёл из-за любви».

Исида: «Ну что ж, признательных речей довольно для суда.
Мой Гор подрос и сам теперь отплатит за отца.
В сомнениях Совет жрецов, рассказом поражён.
Признать запретную любовь едва ли сможет он.
Народу нужно объявить причину для суда.
Ну а наследника чернить в глазах людей нельзя.
Возникнуть споры, чей он сын в Египте не должны,
Иначе Гору не носить венец царя страны.

Обоих братьев довелось супругом мне считать –
Обманом Сету удалось не только трон занять.
Себя за брата выдавал он восемь долгих лет.
За то, что всем коварно лгал, ему прощенья нет.
Гор будет править и при нём Египет расцветёт.
Вернуть теперь он может трон. Но кто отца вернёт?
За смерть его ответит Сэт пред небом на суде.
И может быть, вернёт ответ покой моей душе».

Жрецы: «Так вот чего боишься ты — сомнений, кто отец.
Один вопрос в устах толпы, и мирным дням конец.
Ведь сын того, на чьих руках родного брата кровь,
Дитя греха, а не монарх. И смута вспыхнет вновь.
Совет и ныне помнит дни далёких битв за трон.
Страною правили вожди разрозненных племён.
И до сих пор в Египтах двух великий Нил течёт.
Сложить короны их в одну однажды день придёт.

Но для того кровавых смут должны мы избегать.
Покой в стране тяжелый труд для тех, кто держит власть.
Вдову царя измены тень порочить не должна.
Своей опорой на людей династия сильна.
О чувствах Сета позабыть для блага должен суд
И тем Египет защитить от слухов злых и смут.
Мы скажем, будто зло свершил, гордыней ослеплён.
За это может быть судим и даже изгнан он.


Единовластие хотел гордец заполучить
И ради этого посмел родную кровь пролить.
Давно боролся с братом он и сети плёл интриг.
Что был теперь разоблачён должны мы объявить»
Сказав, что корни их вражды в борьбе за трон отца,
Закон придумали жрецы о братьях-близнецах:
Отныне мог из них один страною управлять.
Других на смерть в пески пустынь решили изгонять.


Гор: «Мой дядя смел гневить богов, земле и небу лгать.
Неразделённая любовь не повод всё прощать.
За то, в чём ныне уличён, в изгнанье будет жить.
Сейчас смирился с этим он, но вдруг захочет мстить?
Расправы требую теперь как высшего суда.
И пусть его терзает зверь, как моего отца.
Охоту нужно объявить. Другого не приму.
Прошу горячность извинить за молодость мою».


Расплата


Был изгнан Сэт и силам зла вручил свою судьбу,
Поняв: с любимой никогда уже не быть ему.
За это часто он искал возможность отомстить.
И тех посулами пленял, кто мог бы месть свершить.
Змея и сокол с давних лет заклятые враги,
Как будто в каждом Гор и Сет навек заключены.
Как будто мстит за смерть отца наследник до сих пор
Тому с кем в давние века в суде он начал спор.

А тот дитя чужой любви не раз губил в мечтах.
Ему отцом хотел он быть. Сложилась жизнь не так.
Порой змею несёт в когтях небесный фараон,
Порою сокола в кустах настигнет царь-питон.
Народ царей обожествлял в эпоху пирамид,
Их жизнь в легенды превращал, надеясь сохранить.
С тех пор истории любви, вражды, борьбы за власть
Смогли эпохи пережить и восхищают нас.


Июль 2010 г.
Категория: Знакомьтесь - Стас Бушмакин | Добавил: Dmitrii
Просмотров: 529 | Загрузок: 0 | Комментарии: 1
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]